Листочек Трампа
Все мы знаем, что между Ираном и США ведётся фактическая война. Однако, по сути, это всё, что нам известно: цензура стран Персидского залива всё эффективнее ограничивает сведения о попаданиях, в самих США звучат противоречивые заявления, а аналитики и журналисты наперебой выдвигают новые теории разной степени абсурдности. И только Иран как заявлял, что продолжит политику Али Хаменеи, так и продолжает — уже на деле.
Сведения скудны, однако есть множество косвенных признаков, которые так или иначе намекают на возможное развитие событий. Главным индикатором здесь служат внутренние решения США. Полагаю, Трамп мог взять воображаемый (а то и настоящий) листочек, поделить его на два столбика и записать «плюсы и минусы продолжения войны».
Если кратко, то плюсы — это меньшие репутационные издержки, возможности для пропаганды и косвенный экономический ущерб Китаю. Минусы — гибель солдат (Пентагон заявил о более чем 300 раненых и около десяти убитых, хотя из-за «тумана войны» данные могут быть искажены), ухудшение экономики и риск увязнуть в конфликте на годы. Есть косвенные признаки, подтверждающие, к чему всё же склонился Трамп.
Ключевые индикаторы эскалации
Состояние ВПК Ирана. Несмотря на заявления Трампа о почти полном уничтожении иранской ракетной программы, в СМИ появились заголовки о том, что разведка США оценивает ущерб военной инфраструктуре менее чем в 50%. Иран продолжает производить огромное количество дронов и вводит новые мощности для наращивания ракетного потенциала. По данным аналитиков, Тегеран производит больше ракет, чем США — противоракет, что становится критической проблемой для стран Персидского залива.
Рекордный оборонный бюджет. Белый дом запрашивает около $1,5 трлн на оборону в рамках бюджета на 2027 финансовый год. По данным CNN, это предложение увеличит военные расходы до самого высокого уровня в современной истории, что напрямую связано с войной против Ирана.
Наращивание группировки. Третьим индикатором является усиление сухопутных войск в регионе. Точные цифры получить всё сложнее, однако речь идёт о тысячах новых солдат.
Всё это говорит о том, что США, по всей видимости, готовятся к затяжной войне с использованием сухопутных сил. Однако и Иран модернизирует свои подходы: третьего чесла за один день иранская сторона поразила два боевых самолёта (F-15E и A-10) и два вертолёта Black Hawk (один подтверждён, по второму идёт верификация). Это стало крупнейшей потерей США за весь период конфликта и намекает на то, что Иран разработал успешную тактику «воздушной» партизанской войны.
Геополитический раскол и Ливанский фронт.
Несмотря на заявления Трампа, эскалация нарастает в иной плоскости, чем подчёркивают многие эксперты. Европейские страны (Италия, Испания, Франция) не допускают использования баз на своих территориях для нужд США в этой войне. Главная постулируется причина — Вашингтон не счёл нужным проконсультироваться с союзниками перед атакой, чтобы выработать общий вектор действий.
Существует и другая теория: основываясь на предыдущем опыте Трампа, некоторые предполагают, что после истечения десятидневного ультиматума США нанесут массированный удар всем что есть по всему что есть, объявят о победе и просто ретируются. Однако предположение косвенно опровергает ещё один индикатор — события в Ливане.
Там ситуация показательна: на официальном уровне Израиль заявляет о намерении дойти до реки Литани по всей её протяженности, фактически оккупировав весь юг Ливана. Чиновники говорят о долгосрочном характере оккупации. Это неизбежно приведёт к перебазированию сил «Хезболлы» в центр страны, что ещё сильнее ослабит и без того хрупкое центральное правительство.
Ливан на данный момент является единственным относительно успешным направлением для американо-израильской коалиции. Но и этот успех встаёт под вопрос: «Хезболла» активно осваивает «дроновую доктрину», показавшую эффективность в Газе и в последние дни израильского наступления. И если даже в Ливане конфликт грозит стать затяжным, то в Иране он будет таковым и подавно...
Все мы знаем, что между Ираном и США ведётся фактическая война. Однако, по сути, это всё, что нам известно: цензура стран Персидского залива всё эффективнее ограничивает сведения о попаданиях, в самих США звучат противоречивые заявления, а аналитики и журналисты наперебой выдвигают новые теории разной степени абсурдности. И только Иран как заявлял, что продолжит политику Али Хаменеи, так и продолжает — уже на деле.
Сведения скудны, однако есть множество косвенных признаков, которые так или иначе намекают на возможное развитие событий. Главным индикатором здесь служат внутренние решения США. Полагаю, Трамп мог взять воображаемый (а то и настоящий) листочек, поделить его на два столбика и записать «плюсы и минусы продолжения войны».
Если кратко, то плюсы — это меньшие репутационные издержки, возможности для пропаганды и косвенный экономический ущерб Китаю. Минусы — гибель солдат (Пентагон заявил о более чем 300 раненых и около десяти убитых, хотя из-за «тумана войны» данные могут быть искажены), ухудшение экономики и риск увязнуть в конфликте на годы. Есть косвенные признаки, подтверждающие, к чему всё же склонился Трамп.
Ключевые индикаторы эскалации
Состояние ВПК Ирана. Несмотря на заявления Трампа о почти полном уничтожении иранской ракетной программы, в СМИ появились заголовки о том, что разведка США оценивает ущерб военной инфраструктуре менее чем в 50%. Иран продолжает производить огромное количество дронов и вводит новые мощности для наращивания ракетного потенциала. По данным аналитиков, Тегеран производит больше ракет, чем США — противоракет, что становится критической проблемой для стран Персидского залива.
Рекордный оборонный бюджет. Белый дом запрашивает около $1,5 трлн на оборону в рамках бюджета на 2027 финансовый год. По данным CNN, это предложение увеличит военные расходы до самого высокого уровня в современной истории, что напрямую связано с войной против Ирана.
Наращивание группировки. Третьим индикатором является усиление сухопутных войск в регионе. Точные цифры получить всё сложнее, однако речь идёт о тысячах новых солдат.
Всё это говорит о том, что США, по всей видимости, готовятся к затяжной войне с использованием сухопутных сил. Однако и Иран модернизирует свои подходы: третьего чесла за один день иранская сторона поразила два боевых самолёта (F-15E и A-10) и два вертолёта Black Hawk (один подтверждён, по второму идёт верификация). Это стало крупнейшей потерей США за весь период конфликта и намекает на то, что Иран разработал успешную тактику «воздушной» партизанской войны.
Геополитический раскол и Ливанский фронт.
Несмотря на заявления Трампа, эскалация нарастает в иной плоскости, чем подчёркивают многие эксперты. Европейские страны (Италия, Испания, Франция) не допускают использования баз на своих территориях для нужд США в этой войне. Главная постулируется причина — Вашингтон не счёл нужным проконсультироваться с союзниками перед атакой, чтобы выработать общий вектор действий.
Существует и другая теория: основываясь на предыдущем опыте Трампа, некоторые предполагают, что после истечения десятидневного ультиматума США нанесут массированный удар всем что есть по всему что есть, объявят о победе и просто ретируются. Однако предположение косвенно опровергает ещё один индикатор — события в Ливане.
Там ситуация показательна: на официальном уровне Израиль заявляет о намерении дойти до реки Литани по всей её протяженности, фактически оккупировав весь юг Ливана. Чиновники говорят о долгосрочном характере оккупации. Это неизбежно приведёт к перебазированию сил «Хезболлы» в центр страны, что ещё сильнее ослабит и без того хрупкое центральное правительство.
Ливан на данный момент является единственным относительно успешным направлением для американо-израильской коалиции. Но и этот успех встаёт под вопрос: «Хезболла» активно осваивает «дроновую доктрину», показавшую эффективность в Газе и в последние дни израильского наступления. И если даже в Ливане конфликт грозит стать затяжным, то в Иране он будет таковым и подавно...
5❤4