Thing Thang на фарси.
Учитывая ситуацию Иран по сути прижат к стене: перед ним выбор — либо молчать, пока его избивают, либо выдернуть чеку из гранаты, лежащей в кармане. Избиение, конечно, прекратится, но решение спорное.
И тут, на этом фоне, вспоминается историческая логика: добрая половина стран, проигравших во Второй мировой, при приближении катастрофы меняла власть.
В Румынии — переворот монарха, чтобы сдаться Советам.
В Венгрии — переворот Скорцени, чтобы не сдаться.
Болгария, Чехословакия, Австрия — везде свои нюансы, но объединяли их две вещи:
1. Страна была прижата к стене, и любое продолжение означало бы больше крови (Венгрия — исключение: Хорти был вынужден подчиниться, его сын находился в заложниках у немцев).
2. Авторитарные репрессии поразили целые пласты общества — те, кто сидел, чьи родственники были убиты или брошены в тюрьмы, понимали, что им уже нечего терять. И именно они были готовы идти на радикальные шаги, лишь бы сбросить власть, приведшую страну в пропасть.
Конечно, в наше время, сидя в горах, особой угрозы режиму не представляешь. Но что если ты сам часть системы?
После убийства десятков высокопоставленных военных и парализации иранского командования (а удары дронами по Израилю, видимо, были лишь заранее заготовленным, условным "ответом на всё") эти места должны занять другие. Израиль продолжает удары — и явно не собирается останавливаться. Да, формально новые генералы утверждаются Хамейни, но у них уже не будет веса прежних, зато появится свобода действий, обусловленная экстренной ситуацией. Это открывает дорогу к дестабилизации.
Я не утверждаю, что будет переворот. Но его вероятность не нулевая. Причём мы не знаем — если он произойдёт — будет ли он от тех, кто хочет договариваться, или от тех, кто хочет полномасштабной войны.
Кстати, о власти: смерть прежних элит даёт Хамейни шанс продвинуть идею, которая давно витает в воздухе — назначение преемником своего сына, Моджтабы Хамейни.
Настоящее испытание на верность "революции", как он её сам видит. И на прочность того, что осталось от вертикали.
Я по-прежнему считаю, что Иран будет пытаться лавировать.
Но Израиль этого уже не позволит.
А значит Тегерану придется что то решать, и решать быстро, в ином случае решат за него.
И это — самая опасная позиция, в которой может оказаться государство...
Учитывая ситуацию Иран по сути прижат к стене: перед ним выбор — либо молчать, пока его избивают, либо выдернуть чеку из гранаты, лежащей в кармане. Избиение, конечно, прекратится, но решение спорное.
И тут, на этом фоне, вспоминается историческая логика: добрая половина стран, проигравших во Второй мировой, при приближении катастрофы меняла власть.
В Румынии — переворот монарха, чтобы сдаться Советам.
В Венгрии — переворот Скорцени, чтобы не сдаться.
Болгария, Чехословакия, Австрия — везде свои нюансы, но объединяли их две вещи:
1. Страна была прижата к стене, и любое продолжение означало бы больше крови (Венгрия — исключение: Хорти был вынужден подчиниться, его сын находился в заложниках у немцев).
2. Авторитарные репрессии поразили целые пласты общества — те, кто сидел, чьи родственники были убиты или брошены в тюрьмы, понимали, что им уже нечего терять. И именно они были готовы идти на радикальные шаги, лишь бы сбросить власть, приведшую страну в пропасть.
Конечно, в наше время, сидя в горах, особой угрозы режиму не представляешь. Но что если ты сам часть системы?
После убийства десятков высокопоставленных военных и парализации иранского командования (а удары дронами по Израилю, видимо, были лишь заранее заготовленным, условным "ответом на всё") эти места должны занять другие. Израиль продолжает удары — и явно не собирается останавливаться. Да, формально новые генералы утверждаются Хамейни, но у них уже не будет веса прежних, зато появится свобода действий, обусловленная экстренной ситуацией. Это открывает дорогу к дестабилизации.
Я не утверждаю, что будет переворот. Но его вероятность не нулевая. Причём мы не знаем — если он произойдёт — будет ли он от тех, кто хочет договариваться, или от тех, кто хочет полномасштабной войны.
Кстати, о власти: смерть прежних элит даёт Хамейни шанс продвинуть идею, которая давно витает в воздухе — назначение преемником своего сына, Моджтабы Хамейни.
Настоящее испытание на верность "революции", как он её сам видит. И на прочность того, что осталось от вертикали.
Я по-прежнему считаю, что Иран будет пытаться лавировать.
Но Израиль этого уже не позволит.
А значит Тегерану придется что то решать, и решать быстро, в ином случае решат за него.
И это — самая опасная позиция, в которой может оказаться государство...
👍2🦄1